...
Подколесин. А когда он отпускал тебе ваксу, не спрашивал, для чего,
мол, барину нужна такая вакса?
Степан. Нет.
Подколесин. Может быть, не говорил ли: не затевает ли, дискать, барин
жениться?
Степан. Нет, ничего не говорил.
Подколесин. Ну, хорошо, ступай себе.
Подколесин один.
Кажется, пустая вещь сапоги, а ведь, однако же, если дурно сшиты да
рыжая вакса, уж в хорошем обществе и не будет такого уважения. Все как-то не
того... Вот еще гадко, если мозоли. Готов вытерпеть бог знает что, только бы
не мозоли. Эй, Степан!
Подколесин, Степан.
Степан. Чего изволите?
Подколесин. Ты говорил сапожнику, чтоб не было мозолей?
Степан. Говорил.
Подколесин. Что ж он говорит?
Степан. Говорит, хорошо.
Степан уходит.
Подколесин, потом Степан.
Подколесин. А ведь хлопотливая, черт возьми, вещь женитьба! То, да се,
да это. Чтобы то да это было исправно, -- нет, черт побери, это не так легко,
как говорят. Эй, Степан!
Степан входит.
Я хотел тебе еще сказать...
Степан. Старуха пришла.
Подколесин. А, пришла; зови ее сюда.
Степан уходит.
Да, это вещь... вещь но того... трудная вещь.
Подколесин и Фекла.
Подколесин. А, здравствуй, здравствуй, Фекла Ивановна. Ну что? как?
Возьми стул, садись, да и рассказывай. Ну, так как же, как? Как бишь ее:
Меланья?..
Фекла. Агафья Тихоновна.
Подколесин. Да, да, Агафья Тихоновна. И верно, какая-нибудь
сорокалетняя дева?
Фекла. Уж вот нет так нет. То есть как женитесь, так каждый день
станете похваливать да благодарить.
Подколесин. Да ты врешь, Фекла Ивановна.
Фекла. Устарела я, отец мой, чтобы врать; пес врет.
Подколесин. А приданое-то, приданое? Расскажи-ка вновь.
Фекла. А приданое: каменный дом в Московской части, о двух елтажах, уж
такой прибыточный, что истинно удовольствие...
|
